"Ребенок продолжает находиться в заложниках матери-алиенатора". Отец, бабушка, дедушка не могут поздравить ребенка с днем рождения. Росдети
Оль, бабушка у ребёнка одна, и это я, а не твоя мать, – отрезала свекровь, разувая внука обратно в прихожей
Красный кед, только что затянутый двойным узлом, пролетел через прихожую и стукнулся о дверцу обувницы. Кирилл дёрнулся, прижал к груди рюкзак с динозавром и посмотрел на мать так, будто она обязана была немедленно объяснить, почему взрослые снова распоряжаются им, как пакетом из магазина. Галина уже стягивала с внука второй кед. Светлая куртка мальчика была расстёгнута, рыжая чёлка липла ко лбу, а на лице свекрови сидела спокойная, ледяная усмешка. – Оль, бабушка у ребёнка одна, и это я, а не твоя мать, – отрезала она...
Младший брат
Наташка открыла глаза и удивленно повела глазами, осматривая помещение. Она лежала в небольшой избушке на каком-то лежаке, укрытая медвежьей шкурой, под которой ей было очень жарко. - Это где я? – испуганно подумала она. Она отчетливо почувствовала, что она раздета до нижнего белья и испуганно натянула край шкуры до самого подбородка. На веревке около печки висел ее комбинезон, е шерстяные колготки, свитер и футболка. Чтобы достать их, нужно было встать, но тут за дверью послышалось топанье ног. Наташка испуганно вжалась в подушку и ждала, кто войдет в комнату...