Тамара Николаевна разлила чай по чашкам и придвинула Кире вазочку с вареньем, когда Вадим отложил вилку, вытер рот салфеткой и сказал, что премию уже потратил – на видеокарту, новую, топовую, за сорок семь тысяч. Сказал он это так, будто рассказывал забавную новость с работы, а не признавался, что решение принял один, без единого слова дома. – Да уж, сорок семь тысяч, – повторила Кира, не поднимая глаз от тарелки. – Ну а что, я заработал, я и трачу, – он пожал плечами и повернулся к матери. – Мам, представляешь, теперь у меня фрейм-рейт в два раза выше будет...

— Перепиши квартиру на меня, и я никому не скажу, что видела. Иначе твоя мать узнает всё, — прошептала свекровь, и Лариса поняла, что тихой войны больше не будет. Кухня была маленькая, метров шесть, и в этой тесноте слова свекрови звучали особенно громко, будто их произносили в жестяную банку...