После работы, как обычно, заехали в супермаркет. Однако оттуда Влад вышел загруженным под завязку: какие-то коробочки, свертки, пакеты. Расторопный водитель подсуетился вовремя, иначе пара пакетов рисковали оказаться на асфальте. Лена ничего не сказала. Уставилась в окно, старательно демонстрируя равнодушие — мало ли, для кого он все это понабирал. Лично ей от него ничего не нужно. Только дома, выложив покупки на стол, Майоров торжественно провозгласил: — Ну что, Алена, отметим праздник? Какой еще...

– Если она мне откажет, я не знаю, что я буду делать… Я просто жить без неё не могу! Влад стоял у стены, нервно теребил в руках небольшую бархатную коробочку и ждал, пока Алла освободится после очередного танца. Сердце билось так сильно, что, казалось, вот‑вот выскочит из груди. Ладони вспотели, во рту пересохло. Он давно выбрал этот момент – когда она будет раскрасневшаяся, счастливая, под звуки медленной песни. В коробочке лежало серебряное колечко с маленьким топазом. Камень переливался разными оттенками – то голубым, то зелёным, то дымчато‑серым...