Аркадий в третий раз залил кипятком вчерашний чайный пакетик. Прижал его ложкой к краю блюдца, выдавил последнюю мутную каплю и посмотрел на меня поверх очков. – Нинок, один пакетик на двоих, мы же договаривались. Он еще дает цвет, – напомнил он. Я смотрела на коричневые разводы в кипятке. Потом глянула на выцветший узор клеенки: цветочки давно стерлись от жесткой стороны губки. Тридцать два года брака научили меня помалкивать. В молодости его привычка пересчитывать сдачу у кассы меня не раздражала...

Нина разглядывала плотные упаковки с зеленью на магазинном прилавке, когда ее кто-то несильно, но ощутимо толкнул под локоть. Она обернулась и увидела двоюродную сестру своего мужа Вадима. Ира как-то резко отшатнулась, дернула козырек спортивной кепки вниз и попыталась увести свою тележку в сторону хлебного отдела. – Ой, Нинка, привет, – пробормотала Ира. – А я... я тебя и не заметила сначала. Спешу очень. – Привет, Ир, – Нина дружелюбно улыбнулась, хотя странная реакция родственницы ее задела. – Давно не виделись...