Валеркино сокровенное признание обожгло… Вспомнилось… – будто молнией пронзило. Тогда, в больничной палате, рядом сидела Таня… У Андрея дух захватывало – как у пацана, что решился взять девчонку за руку. Знал, что Таня, как всегда, мягко освободит ладонь из его руки… И всё равно стучало сердце – в ожидании счастья, что вот-вот опустится невидимой птицей… Санитарочка, Ксения Семёновна, улыбнулась: - Друг к вам приехал, Андрей Степанович. Вошёл Гаранин. Андрей несказанно обрадовался. Последний разговор...

- И вообще!.. – Лена отодвинула тарелку и отшвырнула вилку: – Есть совсем не хочется. Потому что я всё время думаю об одном. Чтоб у Елены Васильевны от тяжёлых мыслей напрочь отсутствовал аппетит, – не сказать… Жареная картошка у Андрюши получилась на славу, и Лена – прежде, чем отодвинуть пустую тарелку и со звоном отшвырнуть вилку, – несколько раз добавляла себе из сковородки золотистой и хрустящей картошки. - Ни о чём другом думать не могу! – В голосе Лены – какой-то упрёк. Андрей убирал со стола...