— Ты сказал, он тебя спасет, — голос жены звучит не как вопрос, а как приговор, и она смотрит на мужа так, будто видит впервые. — Ты сказал, что этот старик снимет любую порчу, любую болезнь, любую хворь. Ты поклялся мне своей матерью, которую, между прочим, я ни разу не видела, потому что ты запрещаешь мне с ней встречаться. Ты поклялся своей компанией, своим состоянием, своей честью, Аркадий. А теперь я смотрю на эту дверь, которая даже не закрывается нормально, и я вижу, что она привалена камнем...

Здравствуйте, мои дорогие. Я рада приветствовать вас на нашем канале. Устраивайтесь поудобнее, сделайте глубокий вдох, отпустите суету сегодняшнего дня и просто послушайте мой голос. Сегодня у нас с вами предстоит очень серьезный, глубокий и, я бы даже сказала, сокровенный разговор. Мы поговорим о дате, которая требует предельной осторожности, осознанности и тишины. Речь пойдет о четырнадцатом июля. В этот день на небе разворачивается драма, невидимая невооруженному глазу, но невероятно остро ощущаемая каждым нашим нервом, каждой клеточкой нашего тела...