— Оформим кредит на тебя, сестре надо квартиру купить, — произнесла мать так буднично, будто речь шла о покупке батона хлеба. Соня замерла у окна с телефоном в руке. За стеклом моросил октябрьский дождь, по асфальту шуршали жёлтые листья, а в груди у неё что-то сжалось — туго, до боли, до прерывистого дыхания. Она перевела взгляд на стол, где лежали чертежи будущего цветочного павильона. Их с мужем мечта на семи листах формата А4 — хрупкая, вычерченная до миллиметра. — Мам, ты сейчас о чём? — О Свете, конечно...

– Твоё наследство теперь семейный бюджет, – заявила Галина Ивановна. Анна стояла в прихожей босиком, одной рукой придерживая дверь, другой – очки для чтения. Свекровь уже переступила порог, не дожидаясь приглашения, и теперь стряхивала с плаща капли дождя прямо на коврик. Сумка её, вытертая, с блестящими застёжками, тяжело ударилась о тумбу. – Проходи, – сказала Анна, отступая. Голос получился глуше, чем она рассчитывала. – А я и прошла. – Галина Ивановна повесила плащ на крючок, поправила седую прядь и первым делом заглянула на кухню...