Ставки сыграли быстрее, чем Полина рассчитывала. Прошел ровно час и двенадцать минут. Телефон взорвался. Это был не просто звонок. Это была массированная атака. Звонила мама, папа, тетя Люба, и, конечно, бабушка. Полина не брала трубку. Она сидела дома, доедала шоколадный мусс и ждала. Пусть накрутят себя до предела. Пусть градус истерики пробьет потолок. Наконец, пришло сообщение от отца: «НЕМЕДЛЕННО ДОМОЙ К БАБУШКЕ! СЕМЕЙНЫЙ СОВЕТ! ЕСЛИ НЕ ПРИЕДЕШЬ, Я ПРИЕДУ С МЕНТАМИ!» Полина усмехнулась, взяла папку с документами, которую подготовила заранее, и вызвала такси...

— Мам, почему бабушка Лида меня не любит? — спросила вдруг Вика, восьмилетняя, аккуратно укладывая учебники в рюкзак. Елена застыла, так и не донёс бутерброд до тарелки. Вопрос просто разрезал утро, повис между запахом кофе и скрипом табуретки — тяжёлый, внезапный, как камень, брошенный в гладкую воду семейного счастья. — Что ты такое говоришь, солнышко? Конечно, любит, — попыталась спокойно отмахнуться Елена, даже попыталась улыбнуться, вот только улыбка вышла какой-то натянутой, неловкой. — Не любит, — настаивала Вика, глядя в упор...