Ты не заболела. Тело просто устало говорить шёпотом. Оно посылало письма годами. Ты возвращала их нераспечатанными — «некогда», «само пройдёт», «надо держаться». И вот оно говорит голосом, который уже нельзя игнорировать. Давай честно: Ты помнишь, как горло сжималось именно тогда, когда надо было что-то сказать — и ты промолчала? Как спина ломилась в те месяцы, когда взвалила на себя очередное «я справлюсь»? Как желание — к людям, к работе, к жизни — просто отключалось после года «на терпении»? Это не случайности...

Оля стояла на широком крыльце роддома, крепко прижимая к груди маленький свёрток. Белый конверт с голубой лентой казался удивительно лёгким, а вот сердце — тяжёлым, словно внутри лежал камень. Ветер осторожно...