В свои двадцать четыре Соня иногда чувствовала себя на все сорок. Особенно когда Ариша болела и нужно было одновременно и памперс менять, и температуру мерить. А еще Соня постоянно заглядывала в телефон в надежде увидеть от мужа хоть какое-то сообщение. Сообщений никогда не было, но надежда все равно заставляла ее разблокировать экран, Дэн не писал ей просто так уже целую вечность, а если и писал, то что-то по делу. Они познакомились, когда Соне едва исполнилось семнадцать, а Дэну было двадцать семь...

- Ты зачем это сделал? Голос Ульяны прозвучал ровно, без истерических нот. Она стояла на пороге переоборудованной под мастерскую бывшей детской комнаты, держась побелевшими пальцами за дверной косяк. С кухни доносился запах жареной колбасы и растворимого кофе. Заскрипел стул. В коридор неторопливо вышел Павел. На нем были старые спортивные штаны с вытянутыми коленями и чистая, тщательно выглаженная Ульяной с вечера футболка. Он вытирал губы бумажной салфеткой. - Что именно я сделал, Уля? - спросил он тоном человека, который разговаривает с неразумным ребенком...