До сорокового дня оставалась неделя, но я уже потеряла счёт времени. Каждое утро просыпалась с одной и той же мыслью: «Серёжи больше нет». И сразу следом — тяжесть в груди, от которой не спасали ни слёзы, ни молитвы, ни попытки занять себя домашними делами...

«Разворачивайте чемоданы. Мой дом — не общежитие для вашей родни!» — сказала я. Но муж уже отдал матери ключи за моей спиной — Даже не думайте заносить вещи в дом! Разворачивайте машину и уезжайте туда,...