— Твоя бабка мне никто, чтобы я на неё свои кровные тратила! — Хозяин квартиры оборвал мне весь телефон! Галина Петровна с размаху бросила на обеденный стол новую лаковую сумочку. Металлическая застёжка звякнула о клеёнку. — Где оплата, Елена? — Доброе утро, — невестка невозмутимо закрутила крышку термоса. — Я спрашиваю, почему мне звонят с утра пораньше с угрозами выселения? Елена не спеша закрыла пластиковый контейнер с обедом, убрала его в тканевый шопер и только потом подняла глаза на свекровь...

Пять утра. Будильник не звенит — я давно встаю без него, тело само знает, когда пора. Открываю глаза, и первое, что вижу, — потолок. Деревянные балки, которые я сам поднимал, сам подгонял, сам красил морилкой в цвет ореха. Мой дом. Два этажа, крепкий, из белого кирпича, стоит на холме, а внизу — мои поля, мой коровник, трактор под навесом, огород, теплица. Всё моё. Всё сделанное моими руками. Сажусь на кровати. Рядом, на другой половине, — Маша. Лежит, закутавшись в плед, лицо в подушку, телефон рядом с розеткой, провод тянется, как капельница...