Сложно поверить, что этот мальчик живёт на самом деле. Но глаза вас не обманывают.
– Что? – спросила Валя хрипло, спуская ноги с раскладушки. – Твой пацан пропал! – громко сказала санитарка. – Его в палате нет!
Вечер опустился на прифронтовой госпиталь медленно. За окнами догорал долгий июльский день, и последние лучи солнца пробивались сквозь пыльные стёкла, ложась на пол жёлтыми полосами. В коридорах стихла дневная суета – операции закончились, раненых на ночь распределили по палатам, и только дежурный санитар неторопливо катил тележку, которая тихонько поскрипывала. Валя вошла в палату, где находился маленький найдёныш, с маленьким подносом в руках. На нём стоял стакан тёплого молока и блюдце с овсяным печеньем, внутри которого прятались кусочки шоколада...
А че у вас это... А где дверь? — Сняла. Вы же свои, чего стесняться?
— Ты бы хоть разулся по-человечески, а? Катя стояла в коридоре с тряпкой в руках. Она только что протерла новый пол в прихожей, а теперь смотрела на грязные следы. Коля стянул левый ботинок, наступив на пятку правым, и отшвырнул его в сторону тумбы. — Я у себя дома. Он устало стянул куртку и повесил ее мимо крючка. Куртка поползла по обоям и упала на пол. — Чего ты завелась с порога? Я со смены пришел, устал как собака, а ты мне про ботинки. — Я про то, что ремонт мы закончили позавчера. Катя подняла тяжелую рабочую куртку мужа и повесила нормально...