Я зажгла свечи, поставила их по углам стола. Достала травяную скрутку, подожгла, задула, чтобы пошёл дым. Посреди летней кухни поставила табуретку. Полина Фёдоровна смотрела на мои приготовления с тревогой, но молчала. — Раздевайтесь до пояса, — сказала я. — И садитесь на табуретку. Она замялась, покраснела, но послушалась. Стянула жилетку, потом платье через голову. Осталась в большой, растянутой футболке, которая была ей вместо нижнего белья. Села на табуретку и сложила руки на животе. — Не бойтесь, — сказала я...