Я ждала его восемь месяцев. Восемь месяцев — это много. Это значит каждое утро просыпаться и первым делом проверять телефон. Это значит готовить на одного и всё равно варить суп на три дня, потому что привычка. Это значит разговаривать с его курткой на вешалке, когда совсем уже невмоготу. Глупо? Может быть. Но я не стыжусь. Когда он наконец позвонил и сказал «еду домой», я, кажется, просто опустилась на пол прямо в коридоре. Не упала — именно опустилась. Медленно, как воздух из шарика. — Когда? — только и спросила я...