Любовь Сергеевна всегда считала, что ее дом — это не просто крепость, а суверенное государство со своим уставом, таможенным контролем и строгим визовым режимом. Границы этого государства пролегали по порогу двухкомнатной квартиры в панельной девятиэтажке спального района, где вид из окна открывался на такие же серые коробки и вечно переполненные мусорные баки. Но внутри царил порядок, выстраданный годами одиночного плавания по волнам быта после развода, случившегося еще в девяностых. В тот вторник суверенитет был нарушен вероломно и без объявления войны...