Это была война на истощение, и Лариса Петровна чувствовала себя осажденной крепостью. Крепостью, которую оккупировали шумный мальчик и его вечно сидящая за ноутбуком мать. Трехкомнатная квартира, в которой Лариса Петровна прожила столько лет, больше не принадлежала ей одной. И хотя в документах числилось, что они с дочерью владеют квартирой пятьдесят на пятьдесят, она уже давно считала ее своей. Лариса Петровна помнила, как они с мужем получали ордер, как клеили обои, как растили здесь дочь. А теперь эта дочь, Ольга, вернулась с внуком Мишей и разрушила идиллию...

«Открывайте дверь! Это наша квартира!» — истошно вопила моя бывшая свекровь. Ее голос, пронзительный, как дрель, метался по всему подъезду. Она притащила с собой слесаря и своего сыночка, моего бывшего мужа. Они явились взламывать мою квартиру, даже не подозревая, что меня там давно нет. Я находилась за тысячи километров, в другой стране, где начинала жизнь с нуля. Но они не знали главного - за моей собственностью есть кому присмотреть… Несколько лет назад я встретила Бориса. Он показался мне идеальным мужчиной — внимательным, заботливым, с серьезными намерениями...