Осенний сквер, через который Дима возвращался с тренировки, казался порталом в какое-то другое время. Под ногами шуршало рыжее и бурое месиво из опавших листьев, влажно хрустели ветки, и этот звук был чужеродным в городском гуле мегаполиса. Дима любил этот маршрут. Здесь, среди старых кленов, он чувствовал странное спокойствие, словно ему было не двадцать с небольшим, а гораздо больше, и вся жизнь уже была понятна и разложена по полкам. Осень всегда действовала на него так: она не угнетала, а, наоборот,...

Олег Романович, вы с ума сошли? — Раиса Белова стояла в дверях ординаторской, прижимая к груди медицинскую карту так крепко, будто это был щит, а не тонкая папка с историей болезни. Олег Кузнецов даже не обернулся, он продолжал заполнять бланк направления, выводя буквы старательно, с каким-то почти болезненным упорством, как школьник в прописях, который боится сделать кляксу. Пепельные волосы, уже отливающие первой сединой, падали ему на лоб, и он устало, резким движением откинул их назад, не отрывая пера от бумаги...