Ключи от бабушкиной квартиры лежали на столе нотариуса ровно три минуты, прежде чем свекровь протянула к ним свою сухую, унизанную перстнями руку. — Оформляем на меня, — заявила Галина Петровна таким тоном, словно речь шла о пакете молока в супермаркете. — Так надёжнее будет. Молодые — они же ветреные, сегодня вместе, завтра разбежались. А я сохраню. Для внуков. Марина застыла посреди кабинета. Воздух вдруг стал густым, как кисель. Она перевела взгляд на мужа, ища поддержки, но Олег старательно изучал узор на ковре, словно там были написаны ответы на все вопросы мироздания...

Он сказал это буднично, почти равнодушно — так говорят о погоде или о сломанном чайнике: — Я не собираюсь вкладываться в жильё для твоих сыновей. У них есть свой отец. В тот момент я ещё была его женой...