Она вернулась, когда ее уже похоронили. В родном селе на Анну давно махнули рукой: сгинула в сорок первом вместе с детдомом, ни весточки, ни могилы. Но она прошла войну от Смоленска до Урала, спасла тридцать две детские души и теперь стояла у калитки собственного дома. Дом был цел. Только жили в нем чужие люди. Анна сошла с попутной телеги у околицы Заречного ранним утром, когда солнце только-только перевалило через зубчатую кромку дальнего леса. Августовский туман стелился над овражками, седыми прядями цеплялся за кусты бузины...