— Ты слышишь это, Андрей? — Только вьюга гудит в трубе, Надя. Спи, мороз сегодня , сама знаешь... — Нет, послушай внимательно. Там кто-то скулит. Совсем тихо, у самого крыльца. — В такую пургу даже хозяин тайги носа из берлоги не высунет. Тебе показалось. — А если кому-то нужна помощь? Я посмотрю. Это воспоминание звучало в голове Андрея Лапина так ясно, будто разговор состоялся вчера. Двадцать зим миновало с тех пор, как голос жены навсегда растворился в белом безмолвии тайги. Одиночество стало его единственным собеседником в старом рубленом доме на краю дремучего леса...