Хлорка бьёт в нос сразу, как только открываю дверь подсобки. Резко, привычно, до лёгкого головокружения. Стало быть, на смену. Ставлю ведро, наливаю воду — горячую, чтобы пар шёл, чтобы пахло чисто. Поясница ноет ещё с вечера, но я не разгибаюсь. Разогнёшься — и всё, конец. Так и будешь стоять, смотреть в стену, пока не прозвенит будильник. Отжимаю тряпку. Звук — мокрый, хлюпающий, с присвистом. В пустом коридоре он разносится так, будто кто-то сжимает губы и тянет: «У-у-у». Лампы гудят. Не мигают — именно гудят, низко, на одной ноте, как старый холодильник на кухне...