— Никакого расчета я писать не стану, Марат! — я со стуком опустила эмалированную миску на дощатый стол веранды. Черные ягоды смородины подпрыгнули, брызнув соком на выцветшую клеенку. Мой муж загородил дверной проем и снисходительно усмехнулся. — Сядешь и напишешь, Олеся, никуда не денешься, — отрезал он спокойным хозяйским тоном. — С понедельника останешься на даче безвылазно. У матери давление под 200, ноги еле волочит. Ей постоянный уход требуется, а ты со своими графиками в автоколонне только пыль по городу собираешь...