Платон Пантелеймонович Похотливый восседал в кофейне со свежим номером «Вестника Гнозиса». Его осанка выражала крайнюю степень интеллектуальной бдительности: спина прямая, как кантовский императив, а взгляд устремлен поверх голов суетной толпы, прямиком в вечность. Казалось, даже пылинки в солнечном луче вращались вокруг него строго по законам небесной механики, не смея нарушить благопристойную тишину его размышлений. – Мир, – едва слышно обронил он, аккуратно расправляя складку на панталонах, – это прежде всего триумф формы над бесформенным брожением материи...

Мы с Деном двойняшки. Не путать с близнецами. Те – как две капли воды. А мы вообще не похожи. Ден на голову меня выше и кулаки у него в два раза больше. Он любит бутерброд с колбасой, я – булочку с джемом. На физкультуре Ден первый, я же на канат мог залезть только мысленно. – Ну, и зачем мне такой брат? – кривился Ден. А я так и вообще старался держаться от него подальше… с его-то кулаками! Не то, чтобы я жаловался… но лучше б моим «братом» была Катька Трошина. Так мы и жили – не дружили. А потом в нашем дворе лужа разлилась...