– Мам, мне правда нечего тебе дать, – сказала я и тут же пожалела, потому что знала, что будет дальше. – Света, у тебя совесть вообще есть? – мать даже не повысила голос, просто поджала губы так, что они превратились в бледную полоску. – Отец второй день с давлением лежит, а ты «нечего дать». Лекарства сами себя не купят. В моем кошельке лежало ровно столько, чтобы дотянуть до конца недели. Если не покупать Тимке творог. Если варить одни макароны и обходиться чаем без сахара, как я уже привыкла за последние месяцы...