Они предупредили меня, едва я начал размечать участок. «Не перекрывай тропинку, хозяин. Народная она». Я лишь отмахнулся. Мой дом, моя земля, что хочу, то и делаю. Возвел глухой забор, отгородился от всего мира. И поселился в осажденной крепости. Сначала были косые взгляды. Потом – ночные визиты с покосившимися столбами и распахнутыми настежь воротами. А однажды утром я нашел на крыльце старый, истоптанный башмак. Молчаливый упрек. Именно тогда я понял: есть вещи, которые не купишь и не отгородишь...