– Отдай ей эти сорок тысяч из отложенных, Марина, неужели тебе совсем чужого горя не жалко? Вадим стоял посреди кухни, нервно перебирая в кармане домашних штанов связку автомобильных ключей. Железные брелоки сухо позвякивали в такт его шагам, выдавая крайнюю степень раздражения. Марина даже не подняла головы от кухонного стола. Она методично зачищала ножом потемневшие черешки сельдерея, аккуратно складывая ровные зеленые бруски в стеклянный контейнер. Перед ней на подоконнике лежала раскрытая тетрадь в клетку, где синей пастой были расписаны предстоящие семейные траты до конца осени...