— Надя, ты мне в глаза посмотри, только честно, как перед иконой, хотя ты в них и не веришь, — Евгения Михайловна ворвалась в кухню, едва не сбив плечом косяк. — Ты зачем Сашеньку обкрадываешь. Ты зачем из семьи копейку тянешь, как вор в законе. Надя в этот момент задумчиво разглядывала в раковине гору посуды, оставшуюся после воскресного обеда. В апреле солнце светит как-то особенно беспощадно: каждый развод на окне и каждая крошка на столе выглядят как личное оскорбление. — Евгения Михайловна, вы бы присели, — Надя спокойно переложила изгвазданную в соусе сковородку поближе к крану...

Мы привыкли к простой логике: есть площадка — есть и ответственность. Купил бракованный телефон на Ozon? Вернут деньги. Прислали не тот размер кроссовок с Wildberries? Оформят возврат без лишних вопросов. Маркетплейс в нашем сознании давно перестал быть просто «витриной». Он — арбитр. Гарант. Защитник. А теперь — стоп. Представьте себе, что вы купили не кроссовки. И не телефон. Вы купили финансовый продукт. Народные облигации «Евротранса». Симпатичный такой инструмент: доходность выше банковского депозита, эмитент вроде бы на слуху, АЗС по всей стране, всё солидно...