Лизе нравилось сравнивать свою квартиру с маленькой, отлаженной экосистемой. Каждый предмет здесь имел свое предназначение. На кухне, под раковиной, стояли не безликие черные ведра, а три аккуратных контейнера цвета морской волны с наклейками: "Стекло", «Пластик", "Бумага". На специальном крючке висела связка многоразовых мешочков из органзы — для круп, орехов и фруктов. А на балконе, в застекленной и утепленной лоджии, жил главный проект Лизы — компостер. Внутри него, в слоях земли и сухих листьев, медленно превращались в черный гумус яблочные огрызки, банановые шкурки и чайная заварка...

Темные фигуры медленно проявлялись на горной тропе, неспешно поднимаясь все выше и выше. Последние лучи заката, пронзительные и холодные, золотили их согбенные спины, а позади, словно безмолвные призраки, тянулись и расплывались их вытянутые тени. Царящую вокруг величественную тишину нарушал лишь монотонный хруст гравия под грубыми подошвами да изредка доносящийся из рюкзаков сдержанный, тонкий перезвон металла. — Серег, ты уверен, что это место вообще существует? — выдохнул запыхавшийся Андрей, останавливаясь, чтобы снять кепку и вытереть платком крупные капли пота со лба...