Зима 1940 года. Мексика. Маленький город Койоакан на окраине столицы. Троцкий сидит за столом и пишет. За окном - тропическое солнце, пыльные улочки, кактусы вдоль заборов. За стеной - охранники с оружием. Где-то там, за океаном - Москва, где его имя давно стало синонимом предательства. И где люди, которых он знал лично, один за другим исчезают в подвалах Лубянки. Он это знает. И всё равно пишет. Документ, который он закончит в эти дни, полвека не увидит советский читатель. Если смотреть на виллу в Койоакане снаружи - она больше похожа на тюрьму, чем на дом...