— Витя, нам надо поговорить. Голос Анны звучал непривычно серьёзно. Она стояла в дверях своей спальни, кутаясь в шёлковый халат, и смотрела на Виктора, который ждал её в холле особняка, как делал это каждое утро уже две недели. За окнами светило солнце, но в голосе девушки не было ни капли утренней лёгкости. Виктор поднял глаза от телефона, где проверял новости. За две недели работы он привык к тому, что Анна капризничает, хамит, иногда извиняется, но всегда остаётся непредсказуемой. Однако сейчас...

Старость подкралась к Мурке незаметно. Ещё вчера она была ловкой молодой кошкой, которая одним прыжком взлетала на подоконник, а сегодня уже степенно ступала по половицам, словно боялась потревожить тишину маленькой квартиры. Ей было двенадцать лет — возраст почтенный, почти библейский для кошачьего племени. Но Мурка не думала о годах. Она думала о том, что в доме пахнет ванилью и свежим хлебом, что на кухне тихо напевает бабушка Нина, и что вечером они обязательно сядут вместе смотреть старенький телевизор, укутавшись в клетчатый плед...