— Наверное, ты сама их потеряла, Марин. Ты же у нас всё забываешь. Павел сказал это так ровно, будто речь шла не о бабушкиных золотых серьгах, а о старом чеке из магазина. Я стояла у комода и смотрела на открытую шкатулку. На бархатном донышке лежали цепочка, серебряное кольцо с тёмным камнем, две брошки и маленький конверт с пуговицами. А серёг не было. Тех самых. С овальными гранатами. В тонкой витой оправе. С тугой застёжкой, которую я всегда проверяла дважды. — Я их не теряла, — сказала я. Павел даже не подошёл...