Дождь барабанил по жестяному козырьку над входом в детский дом так настойчиво, будто хотел пробить его насквозь и добраться до тех, кто прятался внутри. Мужчина в темном пальто стоял у дверей уже несколько минут, не решаясь нажать на кнопку звонка. Ему было сорок пять лет, за спиной осталась служба, о которой он не любил вспоминать, и пустая квартира, в которой каждый вечер становилось все тише. Он знал, зачем пришел, и все равно медлил. Дверь открылась сама, и на пороге появилась женщина лет пятидесяти с усталыми, но внимательными глазами...

К концу месяца объявляется блудный папаня. - Я тебе денежку на карточку кинул, получила? - Спасибо, пап! - говорю. Он всегда поздравляет деньгами и обязательно пишет в графе «Примечание» - «От отца». Чтобы знала! - А я не звонил-то чего? В санатории был. - Что, опять? - восклицаю. Под «санаторием» он имеет ввиду оздоровительный центр, типа «больница». - Да грыжа опять обострилась. Собака! - ругается папа. Он у нас на «вредной работе». Инженером в проектном бюро. Как-то раз двигал стол, и сорвал себе спину...