– Пиши: познакомились в очереди за краской. – Допустим. А почему не в столовой? В столовой я хотя бы был. Ефим сидел боком к столу, у окна, и водил ладонью по клеёнке, хотя вытирать там было нечего. По клеёнке летели чайки. Лада взяла её три года назад, потому что чайки стоили дешевле всего остального в отделе. – В столовой скучно, – она щёлкнула ручкой. – Спросят, что ты тогда ел. – Гречку. – Ты всегда так отвечаешь. – Потому что я её всегда и ем. Она вывела в блокноте: очередь за краской, март, хозяйственный у проходной...

Кирилл положил на кухонный стол второй комплект ключей так аккуратно, будто выкладывал не металл, а маленькое доказательство чужой жизни. Ольга стояла у раковины с мокрыми руками, и вода стекала с ее пальцев на темную столешницу, хотя кран она уже закрыла. – Так это твоя квартира для командировок? – спросил Кирилл и сам удивился, насколько ровно прозвучал его голос. Ольга не сразу повернулась. Она посмотрела в окно, где внизу мерцали фары во дворе, потом перевела взгляд на ключи и улыбнулась так виновато, будто ее поймали на мелочи, хотя они оба понимали, что мелочью здесь даже не пахнет...