— Бабушка всё равно согласится, она добрая, — сказал Кирилл за дверью гостиной. — Скажем, что мне негде жить с Настей, и она сама уедет на дачу. Там же тепло с апреля. Я остановилась в коридоре с подносом в руках. Мне было 68 лет, внуку — 20, а на подносе стояли чашки и блюдце с печеньем для сына Артёма, его жены Лены и Кирилла. Они пришли «просто проведать», но говорили шёпотом о моей квартире так, будто меня уже в ней не было. — Не надо сразу про дачу, — ответила Лена. — Сначала попросим пустить молодых на 2 месяца, потом привезём их шкаф...