— Мама, ты хоть понимаешь, что ты сейчас сказала? Ты вообще слышишь себя со стороны? Денис стоял посреди кухни, сжимая в руке давно остывшую кружку с чаем. Голос у него был не громкий, но какой-то звенящий, будто внутри лопнула тонкая струна. Светлана Михайловна сидела за столом, поджав губы, и смотрела на сына с выражением праведного гнева и смертельной обиды. — А что я такого сказала? — переспросила она, картинно всплеснув руками. — Я сказала правду! Твоя Настя всегда была себе на уме. Ей лишь бы свои денежки считать да нас за людей не держать...