Понятие травмы на волне бурной психологизации размываются. Одни на малейший дискомфорт в общении восклицают: “Всё! Теперь у меня будет травма!”, другие с энтузиазмом оправдывают поведение хаотичными историями из прошлого: ”Конечно, я так поступил, ведь был травмирован мамой в 1990 году”, третьи обесценивают подчас непростой жизненный опыт, завершая беседу фразами: “С кем не бывает?” или “Время лечит”. Конечно, внешние обстоятельства оказывают сильное влияние, но травматичность события определяется внутренними психическими процессами и восприятием человека...

Слово «травма» сегодня стало частью повседневного языка. Мы говорим о травме детства, травме отказа, травме строгого воспитания, травме критики. С одной стороны, это важный сдвиг: раньше боль замалчивалась, а теперь о ней можно говорить. С другой — всё чаще возникает ощущение, что любое неприятное переживание автоматически получает статус травмы. Этот сдвиг вызывает много споров и сильных эмоций. Потому что за ним стоит не только вопрос психологии, но и вопрос ответственности, взросления и способности справляться с жизнью...