Павел выключил телефон, когда я вошла на кухню. Быстро, но не настолько, чтобы я не увидела имя «Людмила» в верхней строке сообщения. — Кто это? — спросила я, доставая тарелки. — По работе, — сказал он и подвинул к себе пульт от телевизора, будто там было что-то срочное. Я не стала переспрашивать. Если человек не хочет говорить сразу, значит, потом расскажет сам, когда созреет. Так было с покупкой машины в кредит, о которой я узнала через месяц. Так было с его увольнением из «Стройинвеста», о...