— Дом, конечно, Оксане, — сказала Тамара Сергеевна. — Она девочка, ей нужнее. А Женя мужик, он и так проживёт. Мы сидели за столом на девять дней. Мать Тамары Сергеевны, баба Клава, умерла две недели назад — тихо, во сне, в свои восемьдесят семь. Хоронили всей роднёй. И вот теперь, за поминальным столом, Тамара Сергеевна раздавала бабушкин дом. Дом был хороший. Крепкий, кирпичный, в частном секторе Саратова, с большим двором и садом. Баба Клава прожила в нём пятьдесят лет. — А что тут решать, — продолжала свекровь, разливая компот...