Каждое воскресенье в шесть вечера я накрывала стол на четверых. Скатерть льняная, та самая, что ещё от мамы досталась. Тарелки по линеечке. Салфетки уголком. И каждое воскресенье в шесть пятнадцать я слушала тишину. Олег что-то рассказывал про работу. Я кивала, подкладывала ему котлету. Муж мой, Виктор, царствие ему небесное, любил, когда я так делала – молча, заботливо. Сын унаследовал эту привычку. А Настя молчала. Четыре года. Четыре года воскресных ужинов – и я не слышала от невестки ничего, кроме «здравствуйте», «спасибо» и «до свидания»...