- О, как же хорошо снова ощутить себя в теле! Голова гудела, перед глазами все плыло, оттого четкий голос показался странным. Но Хрупкость все делает странным. Абрахам Гейл приподнялся на локте, из пыли проступали очертания того, что пару мгновений назад являлось накопителем Хрупкости и его персоналом. Обломки оборудования и части тел торчали под разнообразными углами прямо из воздуха, который тоже исказился. И свет, проходя через эту область, преломлялся, вспыхивая десятками неправильных радуг. Пыль оседала не на землю, а текла вверх, к нижнему небу...