Морозов слушал внимательно. Его лицо оставалось спокойным, но зрачки чуть расширились, едва заметно, на долю секунды. — Рискованно, — сказал он. — Если «Геометр» узнает... не узнает. О сводке будут знать только трое — я, шифровальщица и метеоролог. Сводка уйдет в эфир в два часа ночи, а в четыре утра мы уже будем знать, клюнул ли Абвер. Они выпили еще. Артемьев говорил все громче, имитируя опьянение, рассказывал о своих планах, о том, как они возьмут «Геометра» с поличным. Морозов слушал, кивал, подливал спирт и молчал...