Игорь хлопнул ладонью по столешнице так, что солонка поехала к краю, и Марина подхватила её у самого угла. — Семнадцать. Ей семнадцать лет, Марина. — Я слышу. — Ты не слышишь. Ты киваешь. Ксюша стояла в проёме кухни, держалась за косяк. Носок у неё был вывернут наизнанку, и Марина почему-то смотрела именно на этот носок. — Восемь недель, — сказала Ксюша. — Я в среду ходила. — Куда ходила? С кем ходила? — Игорь развернулся на табурете. — Артём твой вообще в курсе? — В курсе. — И что он? Ксюша пожала плечами...