– Так ты продала квартиру? – Раиса Петровна поставила на стол трёхлитровую банку с вареньем и не стала снимать пальто. Я не успела ответить. Она прошла в кухню, открыла верхний шкафчик, взяла свою чашку с синей каёмкой, села напротив окна. За окном шёл мокрый снег, липнул к веткам рябины под фонарём. – Мне Валентина из третьего подъезда сказала. Видела объявление. Ты почему мне не позвонила? – Раиса Петровна, я собиралась. Всё быстро получилось. – Быстро у неё получилось. – Она поставила чашку, не налив чаю...

— Витя, объясни мне, почему банк спрашивает у меня разрешения отдать твоей сестре двести девяносто тысяч? Виктор Иванович стоял у плиты с чайником в руке. Он не обернулся. Плечи у него подались вперёд, как у школьника, которого вызвали к доске, а он не выучил. — Каких двести девяносто? Он спросил это в сторону окна, и голос вышел тонкий, не его. Нина Петровна повернула телефон экраном к мужу, хотя он всё равно не смотрел. На экране светилось сообщение от банка «Речной Дом». Она прочла его вслух ровно, как читала детям условие задачи...