В 1989 году в Пермской пятёрке, одно из самых беспредельных крытых в Союзе, за одну ночь опустили троих, ни за долги, ни за косяк перед воровским миром, за то, что один из них стуканул куму на смотрящего. Двое других просто оказались рядом. К утру все трое уже знали. Их жизнь разделилась на до и после. И после это уже не жизнь, а доживание. Один из них повесился на следующий день. Двое других протянули ещё по несколько лет, но жили уже в массе, которую в зоне не смывают ни кровью, ни временем. Это история о том, как устроена самая тёмная каста советского и постсоветского лагерного мира...

Очнулся от тряски. И криков: - Хватит, говорю, орать! Да проснись же ты наконец, настырная скотина! Оказалось, Тони изо всех сил – как только у Хенрика голова не отвалилась! – трясёт его за плечи. Ф-фу-у-у-у… Хенрик вздохнул. Буркнул: «Я… очухался». Тони отпустил его плечи. - Ты – чего?! - Кошмар. Приснился. – Хенрик сел. Прикусил губы, оглядываясь на дверь. Та, разумеется, оказалась заперта, - Ведьма! - Пф! Тоже мне, невидаль! Они и мне постоянно снятся, наши жертвы. - Нет. Та, которая пришла сегодня, нам ещё не встречалась...