Зимой в русской усадьбе темнело рано. В декабре уже к четырём часам за окнами становилось сине, потом черно, и только метель шуршала по стёклам. Дороги заметало, до ближайших соседей было вёрст десять, до губернского города — восемьдесят. Почты не было неделями. Гостей не ждали. И вот впереди — долгий вечер. Часов пять, а то и шесть, до сна. Электричества нет, театра нет, никуда не поедешь. Чем же занимались люди, запертые снегом в старом деревянном доме? Как ни странно, скучали они куда реже, чем кажется сегодня...