Свёкор месяцами называл мой участок «семейным». Но однажды разговоры превратились в протокол с 31 фамилией. Через четыре дня правление должно было решить, можно ли этому документу верить. На въезде в товарищество мой пропуск не сработал. По протоколу меня уже исключили из членов, а участок №74 «закрепили» за братом покойного мужа. Я приложила брелок к считывателю ещё раз. Красная лампочка мигнула. Шлагбаум не поднялся. – Ирина Сергеевна, не мучайте его, – сказал дежурный из будки. – Ваш номер отключён...