Карельский ветер выл, ударив снегом в заледеневшие стёкла. Варя прижала ладонь к холодному окну, всматриваясь в белую пелену за ним. Дом матери — массивный, с резными ставнями, которые теперь скрипели на ветру. Казалось, будто он ожил и был рассержен, что его решили продать. Вздохнув, она вошла внутрь. — Прости меня, пожалуйста, — прошептала она, проводя пальцем по пыльной полке с японскими гравюрами. Мама была востоковедом и коллекционировала их в большом количестве, называя их «окнами в другой мир»...