Андрей Викторович закрыл дверь купе и повернул защёлку. Тишина легла на плечи, как тёплый плед, и впервые за неделю у него разжалась челюсть. Эту тишину он купил. Не билет, а именно тишину: четыре места в купе, все на его имя, сорок тысяч рублей и честное слово проводника Рустама, что никого не подсадят. Ночной поезд до Кирова, одиннадцать часов дороги, а завтра в десять утра переговоры с поставщиком, от которых зависел весь следующий год его логистической компании. Сегодня ему нужно было одно: чтобы никто с ним не говорил, не звонил, не хлопал дверьми и не звенел ложкой в стакане...