В тот день я села и записала на листке все долги Олеси. Не потому, что жадная – потому что устала помнить. Память в шестьдесят лет уже не та, что в сорок, а племянница за два года столько раз занимала 'до получки', что я начала путаться: это она за прошлый месяц отдала или за позапрошлый? Или вообще не отдала, а я по доброте душевной махнула рукой? Листок получился исписанным с двух сторон. Я не бухгалтер, но тридцать лет на заводе контролёром ОТК – это остается, как привычка фиксировать. Каждую деталь, каждое отклонение от нормы...